Убить Генри Киссинджера! - Страница 19


К оглавлению

19

Элеонора Рикор ни с того ни с сего поднялась, пробормотала, что музыка ее одурманивает, и ушла в противоположный конец дворика. Малко не стал забивать себе голову в поисках истинных причин ее неприятия этой обворожительной полуголой девицы, которая во что бы то ни стало стремилась его обольстить. Музыка так же внезапно прервалась, как и началась. Публика выражала живейшее удовольствие, кричала и аплодировала, шейх шумно хлопал в ладоши. Самым естественным жестом танцовщица, загадочная и далекая, опустилась на подушки рядом с Малко. С механической улыбкой она взяла стакан лимонада, налитая ее грудь продолжала вздыматься от глубокого дыхания, на шелковистой коже проступили капельки пота.

– Право же, вы изумительно танцуете! – проговорил он.

Танцовщица молча наклонила голову. Музыканты принялись наигрывать что-то заунывное, дворик притих. Не зная, с какого боку к девушке подступиться, Малко томно опустил золотистые глаза:

– Прошлый раз я видел ваше выступление в «Фоэниции» и во что бы то ни стало захотел вновь вас увидеть.

Молчание. Она глядела на Малко с загадочной улыбкой, однако на красивом лице лежала явная тень недоверия. Он опустил ей руки на плечи и опрокинул на подушки. Девушка позволила это проделать без малейшего сопротивления, но он почувствовал, что тело ее напряжено. Просто шейх приказал ей быть послушной, и она подчинялась. Но это было вовсе не то, к чему стремился Малко. Он поднялся.

– Вы что, совсем не говорите по-английски?

Амина отрицательно качнула головой, словно кукла, и это разозлило его. Он рывком заставил ее подняться, и она покорно последовала за ним в комнату, полагая, очевидно, что там же и предоставит себя в его полное распоряжение. Где-то посредине дворика Малко резко свернул и направился в сторону шейха.

– У меня некоторые затруднения... – обратился он к хозяину.

Тот кинул танцовщице по-арабски несколько резких, хлестких фраз.

– Нет, нет, – поспешил успокоить его князь, – просто мы нуждаемся в переводчике.

В эту секунду к ним подбежал старший музыкант, раболепно склонился перед Абу Чаржахом и что-то пробормотал. Шейх некоторое время смотрел на него своими вытаращенными глазами, потом не выдержал и в неодолимом приступе смеха стал кататься по подушкам.

– Ничем... ничем не могу вам помочь, – наконец с трудом выговорил он. – Она – глухонемая!..

Глава 7

Глухонемая?! Сначала Малко показалось, что он ослышался. Повернувшись к Амине, он внимательно на нее посмотрел. В огромных черных глазах танцовщицы стояли слезы. Чаржах почувствовал себя неловко и перестал смеяться. Взгляд его вновь просветлился:

– Так это же ерунда! Она все равно согласна!

Малко вежливо улыбнулся. Молчаливое, стойкое презрение, которое он прочел в глазах музыканта, полностью испортило ему настроение.

– Я очень тронут расположением госпожи Амины, но в данный момент мне бы не хотелось им воспользоваться.

Шейх нахмурился, не совсем разбираясь во всех этих тонкостях.

– Она, что же, вам не нравится?

– Нет, она мне очень нравится!

– Тогда в чем же дело?!

Чтобы рассеять дальнейшие сомнения гостя, он схватил Амину за руку и поволок в дом. Тогда Малко понял, что если сейчас он откажется от хозяйского подарка, то наживет в лице шейха смертельного врага. Он пошел следом за ними. Кувейтец открыл дверь в небольшую комнату, заставленную диванами и забитую подушками. Амина, опустив голову, застыла посреди всего этого нагромождения.

– Вам здесь будет чудесно, – проворковал шейх и удалился.

Танцовщица уже сбросила бюстгальтер и с туповатой безответностью продолжала свой стриптиз.

Затем легла на низенький диван, отвернула к стене голову, безвольно раскинула руки и раздвинула ноги. Князь в полнейшей растерянности протянул ей юбку и бюстгальтер, однако Амина схватила его за руку и потянула к себе: она боялась рассердить шейха. Ситуация была самая идиотская и безвыходная. Глубоко вздохнув, Малко присел на диван, и тотчас же девушка принялась его раздевать с опытностью умелой санитарки. Видя, что мужчина недвижен, она принялась его ласкать регулярными, медленными и размеренными движениями – точь-в-точь робот, включенный на определенную программу. Глаза без всякого выражения продолжали смотреть в пространство.

Она наконец добилась своего, но, право же, это был самый печальный оргазм в его жизни. Он лежал совершенно опустошенный, сгорая от стыда, танцовщица же, уверившись, что все благополучно завершилось, моментально выскочила из-под него и поспешно натянула на себя одежду. Малко тоже оделся, и они вышли во дворик.

Элеонора Рикор курила сигарету, сидя поодаль от остальных гостей. Шейх дремал между двух египтянок, оркестр продолжал тихонько вести восточную мелодию. Амина тут же направилась к музыкантам, Малко – к Элеоноре, которая улыбалась холодной надменной улыбкой.

– Подобная экзотика как раз в вашем вкусе! В Гарлеме вы бы наверняка принялись волочиться за пятнадцатилетними негритяночками. Поразительно!

Малко захотелось ударить ее. Он закусил губу.

– Уверяю вас, что происшедшее не доставило мне никакого удовольствия! Я приехал в Кувейт вовсе не для того, чтобы заниматься любовью с местными танцовщицами.

Элеонора расхохоталась:

– Тогда что же это – социологический эксперимент?

– Нет, моя работа! – задрожав от ярости, прошипел Малко и, коротко рассказав, как обстояло дело, закончил. – Я не хотел, чтобы шейх ее мучил.

Но вот стало тихо. Оркестр перестал играть, и музыканты укладывали свои инструменты. Подчиняясь какому-то порыву, Малко подошел к шейху:

19